Parfumer Ts
— Как рождаются ароматы? Иногда в муках, а иногда, их рождения случайны, и от этого великолепны. Знаешь историю создания My Way от Giorgio Armani?
— Нет, — признался я.
— Тогда слушай. Однажды Карлосу Бенаиму, Великому Алхимику, попался дневник одной важной дамы, в котором она описывала свои путешествия. Надо сказать — Карлос удивительный мастер внимательный к мельчайшим деталям. Он умеет находить невидимые связи там, где казалось бы их нет и никогда не будет!
Хранитель достал из папки несколько пожелтевших листков, похожих на ксерокопии каких-то документов
— Я прочту тебе, что она писала. Слушай внимательно.
Хранитель надел очки и начал читать:
«Сегодня утром я проснулась в Калабрии. Я распахнула ставни, и комнату заполнил воздух, напоенный светом и бергамотом».
— Дальше:
«После обеда мы пошли на прогулку. Мы шли прямо через рощу, среди апельсиновых деревьев. Ветер срывал лепестки, и они приносили легкую, благородную горчинку…»
Хранитель переложил лист.
«Цветочный рынок в Индии — это что то невероятное! Хаос красок, шум, толкотня. Но меня поразило другое — белоснежные гирлянды Туберозы. Царственная, густая, сливочная…»
— Вот ещё:
«А совсем рядом продавали местный Жасмин. В этой жаре они звучал совершенно удивительно…»
Хранитель взял следующий листок.
«Перелет был долгим…»
— Момент… — хранитель глазами начал бегать по тексту в поисках нужного фрагмента, перекинув еще несколько листов: — Вот:
«Сейчас я в Вирджинии. Здесь совсем другая природа. Мы гуляли в лесу, среди огромных, вековых деревьев. Воздух здесь сухой и смолистый.»
Хранитель поверх очков посмотрел на меня, и перевернул еще несколько листов:
«Мы в Мадагаскаре. Тихий вечер у океана. Теплый ветер доносит странный флёр Ванили. Не кондитерской, а настоящей — дикой, чуть дымной…»
Ещё несколько листов:
«Я вернулась в отель, открыла окно. С океана дул свежий бриз, смешиваясь с ароматом чистого белья в номере. Абсолютная чистота…»
Хранитель замолчал и отложил листки.
Я некоторое время обдумывал услышанное, а потом спросил:
— Интересно. Живые зарисовки. Но ты же не просто так это прочитал. Послушай, а какая официальная пирамида у My Way? Ты помнишь её?
Хранитель кивнул и начал медленно диктовать, загибая пальцы:
— Верхние ноты: Цветок апельсина и Бергамот. Средние ноты: Тубероза и Индийский Жасмин. Базовые ноты: Мадагаскарская Ваниль, Белый Мускус и Вирджинский Кедр.
Я замер, сопоставляя услышанное с текстом дневника.
— Погоди… — я на мгновение потерял дар речи. — Ты хочешь сказать, что вся пирамида просто выписана из этих заметок? Один в один?
— Именно, — подтвердил он. — Смотри сам: Италия — это цитрусовый старт. Индия — сердце из туберозы и жасмина. Вирджиния — кедровая база. Мадагаскар — финал из ванили. Абсолютная чистота белья в номере — белый Мускус. Маршрут её путешествия стал точной картой аромата. Они назвали аромат My Way. Мой путь…
В комнате повисла тишина. Я представил себе эту женщину.
— А что это была за женщина? Известно?
— Это была… Первая Леди.
— Кто именно? Жена президента? Королева?
Хранитель улыбнулся, глядя куда-то сквозь меня.
— Это была Она. «Королева Людских Сердец»… Диана Фрэнсис Спенсер.
Хранитель замолчал. Мне показалось, в его молчании было что то личное… поэтому я незамедлительно вернулся к теме аромата.
— Но ведь ингредиенты — это полдела, — сказал я. — Главное — пропорции.
— А вот тут начинается самое любопытное, — Хранитель мгновенно оживился: — Я был знаком с Бруно Йовановичем — вторым носом, работавшим над My Way. Он обмолвился, что правки в изначальную формулу Бенаима были минимальны. Они просто следовали за текстом дневника. Карлос высчитал пропорции, опираясь на её эмоции. Там, где она описывала восторг, — он усиливал ноту. Там, где был покой — делал звучание мягче. После этого я обзавелся этим ксероксом! — он помахал папкой, из которой только что доставал листы, — И знаешь что? Он был прав. Я понял как он это делает!
Хранитель на мгновение задумался, а потом поднялся и решительно подошел к старинной картотеке.
— У меня для тебя, конечно, кое-что есть, — сказал он и выдвинул тяжелый ящик…
Андрей Цымбал. (Parfumer Ts) ©
