Ольфакторная память и эффект Пруста. Пролог. Почему аромат — самая безжалостная машина времени
— Расскажи про эффект Пруста, — сказал я, обхватив тёплую чашку руками.
Хранитель чуть склонил голову набок, будто принюхиваясь не к чаю, а к самому вопросу.
— Ты хочешь узнать про самую безжалостную машину времени?
Чувственный Омут Очарования…
Иногда хочется не выглядеть соблазнительной, а просто быть ею — без усилий, без поз, без лишних слов. Как будто внутри щёлкает невидимый переключатель, и весь мир фокусируется на Вас! На том, как вы дышите, как двигаетесь, как смотрите.
Монологи хранителя. №16. Истории, растворённые в воздухе
«Я собираю ароматы с мест, куда никто не ходит. Шёпот теней, смех затерянных душ, пыль заброшенных времён. Мои парфюмы — это их истории. Однажды вдохнёте — и их история станет вашей.»
Духи «Дива»: Когда умолкают аплодисменты…
Они думают, что самый главный момент — это финальная ария. Тот миг, когда твой голос взлетает под самые своды старого театра, заставляя замереть сотни сердец. Они видят свет софитов, бархат платья, блеск фальшивых бриллиантов. Они слышат триумф. Но они не знают правды.
Парфюмерная Вселенная. Эпилог.
Он замолчал, задумчиво рассматривая, как едва заметное пламя свечи согревает полупустой чайник.
— Интересно, — медленно проговорил я, погружаясь в отражение свечи в стекле, — получается, я нарушаю общепринятые правила, говоря всем, что натуральной парфюмерии не существует…
Укус Гадюки…
Зелёная Гадюка снилась ей ещё в детстве: тонкая, как нарисованная тушью линия, с изумрудной спиной и жёлтыми глазами. Во сне змея никогда не кусала. Просто смотрела. И этого взгляда хватало, чтобы внутри застывало всё лишнее — суета, оправдания, желание понравиться.
Кракен. (История Одного Аромата) / Глава 2. Лодка.
Я очнулся на пустынном берегу, на холодной гальке, словно выброшенный штормом из чужих снов. Вокруг были только скалы — молчаливые стражи вечности, каменная тишина и бескрайний океан, наполненный гулом потерянных голосов. Небо над головой затянули тёмные, низкие облака, растворяя границу между миром и моим сознанием.
Brut Fabergé (1968 г.)
Brut Fabergé…Он возвращается не с полок супермаркетов, а из глубины времени. Как цыганский табор, который ночью выезжает из тумана: огни костров, шёпот карт, звон браслетов. Так выходит он — «Brut», легендарный одеколон, перерождённый, как дух, которого снова позвали по имени.
Парфюмерная Вселенная. Глава 23. Лиана, или как рождается Аромат…
Представь… что парфюмерный дом — это «лиана», вьющаяся вокруг ствола гиганта. Гигант — это фабрики, лаборатории, те, кто добывает сырьё и варит формулы в тиглях прогресса. Лиана не умеет стоять на земле. Её корни — в чужих соках. Она тянется к солнцу, украшая себя цветами-флаконами, но каждый лепесток — это заёмный свет. Да, она паразит. Но без неё гигант остался бы голым, невидимым, как дерево в пустыне.
1872
В той эпохе духи не ждали у кассы между жвачкой и шоколадом. Их не снимали на телефон, не распаковывали под софитами для короткого ролика с восторженным визгом. Они появлялись тише. Где‑то в комнатах с тяжёлыми шторами и высокими дверями, куда нельзя было зайти с улицы просто так.

Ольфакторная память и эффект Пруста. Пролог. Почему аромат — самая безжалостная машина времени
Чувственный Омут Очарования…
Монологи хранителя. №16. Истории, растворённые в воздухе
Духи «Дива»: Когда умолкают аплодисменты…
Парфюмерная Вселенная. Эпилог.
Укус Гадюки…
Кракен. (История Одного Аромата) / Глава 2. Лодка.
Brut Fabergé (1968 г.)
Парфюмерная Вселенная. Глава 23. Лиана, или как рождается Аромат…
1872
























































































